ПОЛЬСКИЕ БРАТЬЯ, УНИТАРИАНЕ XVI в.

Историю польских унитариан необходимо безусловно рассматривать в контексте общей истории Реформации, начатой Мартином Лютером и его сподвижниками.

31 октября 1517 года Мартин Лютер прибивает к дверям собора в Виттенберге свои 95 тезисов.

Огромное значение для польских унитариан имела жизнь и деятельность (и особенно позиция в отношении Св. Троицы) выдающегося ученого Мигеля Сервета, вступившего в открытый конфликт с Жаном Кальвином и сожженного за это на костре.

Мигель Сервет был сожжен в Женеве 27 октября 1553 года за антитринитарные взгляды.

В тот же период антитринитарные и анабаптистские идеи (крещение взрослых, пацифизм, общинную жизнь, радикальное переустройство общества) начал провозглашать в Польше Петр из Гонендза. Крестьянин по происхождению, он был католическим священником, а позднее — протестантским пастором, писателем-богословом. Он получил образование в Италии, где стал доктором философии. Был также первым автором политических и протестантских богословских трактатов на польском языке. Считается основателем и духовным лидером “польских братьев”.

В 1555 году cоставлявшая в тогдашнем польском сейме большинство протестантская шляхта на его заседании в Петркуве выдвинула требование создания национальной польской церкви, независимой от Папы Римского. По образцу Англии ее главой должен был стать польский король. Тогдашний монарх Сигизмунд Август всячески поддерживал этот проект до тех пор, пока ему еще требовалась поддержка мелкопоместной шляхты в противостоянии с магнатами. Однако уже в 1564 году под влиянием папского нунция Джовании-Франческо Коммендони король отказывается от этого проекта.

В 1556 году Петр из Гонендза выступает с анитринитарианским манифестом в синоде в Сецемине.

Значительную роль в формировании антитринитарного движения в Польше сыграли итальянские гуманисты антитринитарии, с которыми Петр имел контакты. Среди них — Франческо Станкар, Маттео Гарибальди, Валентино Джентиле и особенно Джорджио Бяндрата. Этот философ-гуманист и одновременно доктор медицины, личный врач польской королевы Боны при поддержке магната Николая Радзивилла становится ключевой фигурой антитринитарианского движения в Польше.

В 1561 году Пинчевский синод рассматривает “персональное дело” Бяндрата, а сам он отвергает нападки на себя со стороны Жана Кальвина.

4 ноября 1562 года открылся отдельный синод “польских братьев”. В кальвинистской церкви Польши происходит раскол на “Большую церковь” (ecclesia major), сохранившую тринитарные позиции, и малую церковь (ecclesia minor) унитариан. Внутри последних начинаются бурные дискуссии христологического плана.

В 1566 году один из лидеров унитариан Гжегож Павел решительно переходит на унитарные позиции, открыто заявляя, что на основании текста Второзакония (“Слушай Израиль, Господь Б-г наш, Господь един”) следует, что Св. Писание заповедует нам верить только в Б-га Отца. Иисус был всего лишь человеком, вознесенным за свои заслуги до божественного достоинства после своего воскресения из мертвых. Св. Дух в то же время не является божественной ипостасью, а всего лишь особой божественной силой, энергией, которой Бог наделяет людей. Одновременно Гжегож Павел отвергает крещение во младенчестве и провозглашает радикальные общественные идеи.

Весной 1567 года между “польскими братьями” продолжаются христологические споры, и на синоде в Ланьсуче им не удается прийти к общей точке зрения. Большинство во главе с Гжегожем Павлом придерживалась жестко унитарианской точки зрения. Меньшинство, лидером которого стал Станислав Фарновский, выступало за божественность и предвечность Христа.

В конце концов, в среде польских братьев верх возьмет унитарианство.

Второе по значению место после христологических дискуссий занимали диспуты по общественным вопросам. Многие из польских братьев провозглашали радикальные, но в тоже время утопичные лозунги в евангельском духе. Правда, на пути радикалов стоял интеллектуал и полиглот Сымон Будный, представлявший литовских иудействующих унитариан. Будный, с одной стороны, был радикалом в религиозных вопросах (Христа не следует молитвенно почитать и призывать, но только Бога-Отца) с другой стороны, осуждал радикализм в общественных вопросах, защищая необходимость ношения оружия, оборонительных войн и отрицая всеобщее равенство. Эти взгляды Будного привели к осуждению его синодом в 1582 году. Однако вполне возможно, что, в конце концов, он примирился с братьями по этому вопросу.

В 1568 году на синоде в Ивье вновь начинается жесткая полемика между радикалами и умеренными.

Радикальные идеи четко сформулировал Павел из Визны: “Я так понимаю и в то верую, что негоже верующему иметь подданных и тем паче рабов и рабынь. Языческое это дело – быть господином над братом своим, пользоваться потом и кровью его. Ибо из Писания Святого ясно следует, что Бог из одной крови создавал весь род человеческий, поэтому все мы равны между собой”. Другой радикал, Якуб из Калинувки, рассуждал так: “Господь Иисус Христос не хочет, чтобы ученики его собственность имели, чтобы людьми словно скотом обладали, но хочет, чтобы продали все имущество и, взяв крест свой, людей за собой повели”.

Многие унитариане так и поступали, а депутат сейма от Кракова Хиероним Филипповский даже открыто защищал анабаптистов.

В 1569 году практически все унитарианские служители и проповедники переселяются в окрестности Шидловца, бывшие вотчиной Яна Синеньского, и основывают здесь “Новый Иерусалим” – Раков. Вместе со служителями религии сюда прибывает множество шляхтичей, мещан и ремесленников. Среди них было и немало иностранцев. Они построили дома, многие из жителей нового поселения занимались сельским хозяйством, многие — ремеслом. Частная собственность в новом городе не признавалась, плодами труда все пользовались поровну. Также и слово Божие проповедовали наряду с религиозными учителями и простые ремесленники.

Тем не менее, раковскую общину раздирали противоречия. Уже упомянутый выше Джорджио Бландрата обращался с посланием к раковцам, чтобы они, отбросив суеверия, жили с людьми вместе и примером жизни своей обращали их к истине и набожности, не отделяясь при этом от мира.

Но раковская утопия вскоре кончилась. С тех пор центром польского унитарианства становится Люблин, куда направились лидеры унитариан Чехович и Немовейский.

18 января 1571 года под влиянием клеветнических обвинений со стороны противников унитариан король Польши Сигизмунд Август издает указ люблинскому старосте Яну Теньчиньскому: “Кто на Св. Троицу клевещет, общественный закон и порядок нарушает, сопротивляется стражам порядка и политическую власть поносит всячески… не дозволять такой секте поселяться, строиться, образовывать общины в городе нашем Люблине создавать и свое лжеучение распространять”.

Этот указ публично был зачитан перед жителями Люблина, причем чтение сопровождалось публичными угрозами в адрес еретиков. Однако чтением указа все и закончилось. Толерантный Сигизмунд Август все это сделал для собственного политического спокойствия, а сам закрыл глаза на то, что община ариан в Люблине продолжала жить и развиваться.

7 июля 1572 года толерантный Сигизмунд Август скончался. Начинается период “бескоролевья”, а своеобразным регентом (interrex) cтановится примас Польши Якуб Уханьский.

28 января 1573 года выдающийся политик, многократно бывший маршалом сейма, известный оратор, покровитель и выпускник академии в Ракове Миколай Сеницкий, связанный в конце жизни с движением польских братьев, открыто выступил против принятия на себя титула регента и был одним из инициаторов образованной 28 января Варшавской конфедерации (конфедерацией в средневековой Польше именовался союз основных общественных сил – шляхты, мещан и духовенства, направленный часто против власти). В период бескоролевья конфедерация приняла на себя основные функции государственного управления. Документ конфедерации, провозглашавший межрелигиозную толерантность и свободу религии в Польше, в 2003 году занесен в список ЮНЕСКО “Всемирная память”. В XVI веке этот документ подвергся нападкам со стороны католического духовенства.

В 1583 году критика унитариан со стороны католического духовенства способствует тому, что новый король Стефан Баторий запрещает унитарианам строить в Люблине дома и иные сооружения, что может способствовать распространению арианского учения, а специальным указом от 12 марта вменяет в обязанность добропорядочным жителям Люблина бороться с арианской ересью.

19 августа 1587 года польским королем становится Сигизмунд III Ваза, активный сторонник распространения католицизма. На этом поприще он совершил немало ошибок, в частности, ввязавшись в вооруженный конфликт со Швецией.

Последние годы XVI века характеризуются усилением процессов контрреформации в Польше. Иезуиты оказывают все большее влияние на короля Сигизмунда III, а священники практически открыто призывают к нападениям на “еретиков”.

Так 10 июня 1588 года в Кракове толпа из 70 человек, науськиваемая священником, совершила варварское нападение на молитвенный дом ариан. Он был до основания разрушен, ценные книги, находившиеся в нем, сожжены, а унитарианские проповедники избиты.

8 марта 1598 года скончался Ян Немовейский, бывший подлинным харизматичным лидером “польских братьев”. Как оратора и богослова-полемиста его уважали и сторонники, и противники. После смерти Немовейского происходят перемены в идеологии ‘братьев”. Радикализм, олицетворяемый Немовейским, уступил место более умеренным и прагматичным взглядам. Их выразителем можно назвать Сымона Будного. Он проповедовал идеи справедливой войны и использования в ней оружия. В то же время он выступал против смертной казни и крепостного права. В этот же период формируется более-менее стройная богословская доктрина унитариан, не носящая, однако, догматического характера.

С 1598 года фактическим лидером “братьев” становится Фауст Социн.

В то же время тринитарное крыло в польской евангелической церкви под натиском контрреформации слабеет, и ее последователи, прежде всего, из числа шляхты все более переходят к унитарианам.

7-27 марта 1601 года состоялся знаменитый Синод арианских церковнослужителей. Он проходил в форме дискуссионного богословского семинара, на который собрались все тогдашние гиганты арианской мысли: Петр Брелий, Ян Франкони, братья Анджей, Кшиштоф и Станислав Любинецкие, Хиероним Москожовский, Фауст Социн и др. Еще через год Синод собирается в расширенном до 50 человек составе. Председательствует на нем, как и ранее, Фауст Социн.

1602 год. В Ракове создается так называемая “Раковская академия”. Ее финансирует Якуб Сененьский, депутат тогдашнего сейма. Академия включала в себя пять классов школы, а также теологический факультет, и привлекала к себе как унитарианскую, так и католическую молодежь. Это учебное заведение было известно своим высоким уровнем образования и толерантности. В ее деятельности активно участвовали не только поляки, но также и иностранцы, например, Иоганн Шлихтинг, унитарианский богослов и библеист, автор комментария к Новому Завету, Иоганн Крель, тоже немец, бывший ректором академии в 1616-21 гг., Марчин Руар, мыслитель, идеолог “польских братьев”, начиная с 1621 года, а также ректор академии. Известен был также и Иоахим Штегманн, ученый польского происхождения, автор наиболее современного для тех лет учебника математики.

В Раковской академии изучались иностранные языки – латынь, польский, немецкий, итальянский, французский, а также логика, этика, риторика, математика, основы правоведения и естественных наук. Преподавание теологии велось на польском языке. Расцвет Академии пришелся на 1616-1630 гг., когда в ней обучалось свыше 1000 студентов, среди которых было много иностранцев. В Академии не применялись широко распространенные в образовательном процессе тех времен телесные наказания, а все ограничивалось лишь моральным внушением. Отличительной чертой этого учебного заведения была законодательно закрепленная религиозная толерантность. Один из пунктов устава Академии четко говорил по этому поводу: “Каждый ученик да пусть молится свободно таким образом, как подсказывает ему собственная совесть и религия, в которой он воспитывался”. Устав также требовал от учащихся соблюдать чистоту тела и одежды и поддерживать порядок в помещениях, где они проживали.

Все это делало Раковскую академию необычным для своего времени учебным заведением. Например, для того, чтобы учиться в Ягеллонском университете Кракова, надлежало иметь разрешение настоятеля своего прихода. Жесткое требование гигиены нас не очень удивит сегодня, однако в те времена французы еще только работали над тем, что позднее станет называться парфюмерией и косметикой, а архитекторам, строящим Версаль, не пришло в голову оборудовать его хотя бы одним туалетом. Неиспользование телесных наказаний также было очень прогрессивным моментом. Через полтора столетия после этих событий Юзеф Выбицки так писал о нравах иезуитского коллегиума: “Здесь в чести трусость и подлость… Каждый день кого-то бьют. Кто-то наушничает. А преподаватели тиранят”. Наряду с академией в Кракове создается типография, которая не уступает ведущим европейским аналогам своего времени.

1605 год – создание Раковского катехизиса. В начале XVII столетия среди “польских братьев” распространились и закрепились унитарианские идеи (вера в то, что Бог существует в единственной ипостаси, и эта ипостась – Бог-Отец, Иисус является особо избранным человеком и вознесенным на небеса после своего воскресения, Св. Дух – сила, энергия Бога). В эти годы “братья” пришли к выводу, что настала пора систематизировать основные положения вероучения. Составителями его стали Хиероним Москожовский, Петр Страториус, Валенты Шмальц и Ян Фолькель.

“Катехизис” как памятник старопольской литературы получил огромную известность во всем мире. Это единственное польское произведение, которое спровоцировало на Западе столь серьезный скандал, что он даже стал предметом дебатов в британском парламенте. “Раковский катехизис” сжигали на кострах в Англии, Германии и Нидерландах, но до сих пор он является источником для аргументации унитарианского вероучения в Великобритании и США.

1606-1609 гг. Шляхетский бунт т. н. “рокош Зебжидовского” или “сандомирский рокош”- восстание против короля Сигизмунда III Вазы. Королю вменили в вину приближение к своей персоне иностранцев и иезуитов, а также попытки установления абсолютной монархии. Сигизмунд III действительно стремился к установлению престолонаследия и лишению шляхты многих ее привилегий. Это противостояние разожгло конфликт с влиятельным Яном Замойским. Кроме того, прокатолические устремления короля не нравились представителям религиозных меньшинств и в том числе “братьям польским”. Несмотря на то, что среди участников “рокоша” преобладали католики, иезуиты, перед которыми замаячила перспектива изгнания из Польши, стали нашептывать королю, что во всем виноваты “ариане”. Они же подбросили ему идею разрушения Ракова.

Иезуитский апологет Петр Скарга с амвона призывал короля изгнать всех “ариан”. В этот момент он активно пишет полемические сочинения против “польских братьев”. Ему отвечает Хиероним Москожовский, приблизительно в следующем духе характеризуя полемический стиль Скарги: “О нас правду нужно говорить, серьезными аргументами обоснованную. А детским играм и бабьим сплетням места быть не должно”.

Раздраженные донельзя иезуиты прибегли к погромам на религиозной почве. Дело доходит до нападений на протестантские кладбища. В Кракове науськиваемая иезуитами толпа вторглась на кальвинистское кладбище, где не только разрушила надгробия, но также вырыла из земли тела умерших, которые затем на веревках поволокли по улицам.

В то же время после “сандомирского рокоша” иезуиты, как тонкие дипломаты, поняли, что придерживаться позиции сторонников абсолютной монархии в Польше – вариант проигрышный. И с этого времени начинается контрреформация в Польше, проводящаяся очень хитро. С амвонов и в публицистических сочинениях разного ранга католические священнослужители исподволь внушают мысль о том, что подлинный шляхтич – это католик.

1609 год. Хиероним Москожовский переводит “Раковский катехизис” и посвящает эту работу Иакову I.

1611 год. “Польские братья ” переживают настоящий шок. Контрреформаторы ведут себя все смелее и наглее. В Польше произошло невиданное доселе событие: королевский суд приговорил к смертной казни мещанина из Бельска-Подляского Ивана Тышковича за отказ присягнуть во имя Св. Троицы на том основании, что он является “польским братом”. Приговор был приведен в исполнение.

Вот как описывает эти события Анджей Любинецкий: “И тогда подошли к огромной вязанке дров, на которой должны были сжечь осужденного, священники и монахи и заклинали его: “Опомнись, нечестивец, ибо, если не опомнишься, огнем тебе гореть”. На что он громко и запальчиво отвечал: “Не страшна мне эта вязанка дров. Пойдите прочь от меня и в покое меня оставьте, слуги антихристовы. Я уверен в том, что по любви Божией придерживаюсь подлинной и святой веры Христовой, и она есть истинная вера, а не ваша антихристова вера. Вы во имя веры людей убиваете, а этого никогда не делал Иисус, его последователи и служители его.

После того, как осужденный помолился, к нему подошел палач, потребовав, чтобы высунул Иван язык, вырвал его клещами, отрубил ему руку, ногу, а затем и голову, и все это на костре сжег”.

Подобная участь постигла и другого “брата”, итальянца по происхождению Пьетро Франко. Во время прохождения процессии на праздник Божьего Тела он отважился со ступеней перед алтарем во всеуслышание объявить, что в Библии нет никаких оснований для этого праздника. Под давлением королевы Констанции Габсбург и Петра Скарги и несмотря на заступничество многих протестантов, он был казнен жестоким и чудовищным способом. Против казни также выступали представители религиозных диссидентов в сейме. Этим поводом, кстати, воспользовались погромщики, разрушив молитвенный дом кальвинистов вместе с архивом и библиотекой. Сами протестанты чудом остались живы.

В октябре 1612 года, увлеченный идеями “братьев”, в Польшу из Альтдорфа в Германии прибывает Ян Крелль. Позже он стал одним из выдающихся унитарианских мыслителей cреди унитариан, называемых также социнианами по имени их лидера Фауста Социна. Труды Крелля пользовались огромной популярностью до конца XVII и даже еще в XVIII столетии. К нему с почтением относился известнейший нидерландский гуманист Гуго Гроций, установивший с Креллем контакт. Среди последователей Крелля можно назвать таких британских мыслителей, как Исаак Ньютон и Джон Локк. Крелль в 1609 году вместе с Марчином Руаром подготовил новое издание “Раковского катехизиса”.

1619 год. Процесс ликвидации арианских общин, стимулированный новыми правовыми актами, набирает силу. По указу Cигизмунда III закрыт молельный дом в Новогрудке, чуть ранее это было сделано в Мендзыжечи, а в Познани в 1619 году вообще запрещено селиться протестантам.

1623 год – захват Ракова с помощью науськанных католическими провокаторами “лисовчиков” (отряды легкой кавалерии в тогдашней Польше). Огромные потери несет Ян Крелль – полностью уничтожена его ценная библиотека, собранная значительными, в том числе и финансовыми, усилиями. На счастье, самого Крелля в тот момент в Ракове не оказалось. Предчувствуя дальнейшее усиление репрессий и оставаясь при этом в Ракове, Марчин Руар отказывается от должности ректора Раковской академии. В последующие годы городок еще не раз подвергался подобным нападениям и грабежам летучих эскадронов, в результате чего погибли известные унитарианские деятели Валенты Шмальц и Анджей Лубенецки, а Хиероним Москожовский скончался после продолжительной болезни 19 июля 1625 года.

Этот последний был знаковой фигурой среди “польских братьев”. Он участвовал как в религиозной, так и в политической жизни страны, защищал права как унитариан, так и других религиозных диссидентов. “Его полемические трактаты, – писал Збигнев Огоновский, – отвечающие на “антиарианские” памфлеты Петра Скарги, показывают, что последний видел в Мошковском сильного и равного себе противника, с точки зрения языка и стиля полемики. Своими аргументами и интеллектуальным уровнем Мошковский превосходил Скаргу по всем позициям.

1625 год – нападение Швеции на Речь Посполитую.

1627 год. В начале этого года власти Кракова издали указ, согласно которому полноправными гражданами города становятся лишь те иноверцы, которые перейдут в католицизм. Кроме того, религиозных диссидентов серьезно озадачила кровавая бойня, которую католические молодчики устроили январским днем “брату” Станиславу Лубенецкому. Его нескольку раз избили, а потом макнули в прорубь на замерзшей Висле. После чего его, избитого и промокшего, волокли по снегу. Лишь чудом ему удалось остаться в живых – кто-то вырвал его из рук бандитов.

А весной того же года иезуиты начали распускать слухи и рассылать “подметные письма” о том, что будто бы люблинские “польские братья” помогают шведам, молятся за них и вообще поддерживают враждебные тогда Польше государства – Швецию и Трансильванию. Однако эти провокационные обвинения были столь топорно сработаны, что “польские братья” легко их опровергли. Но вода на антиунитарианскую мельницу полилась.

В ночь с 1 на 2 августа подстрекаемая иезуитами толпа напала на усадьбу Бэлзского каштеляна и кальвиниста по исповеданию Анджея Фирлея. Вместе с его людьми защищали усадьбу и “польские братья”. В результате нападения были разрушены кальвинистская и арианская молельни.

1629 год – окончание польско-шведской войны.

1630 год. В Ракове издано самое полное изложение вероучение унитариан под названием “De Vera Religionе” Яна Фолькера.

1634 год. Группа “польских братьев” отправляется с миссионерской поездкой в Нидерланды. Главной целью поездки является возможное объединение с т.н. арминианами или ремострантами, исповедующими примат свободной воли, а не Божественного предопределения в деле спасения. До объединения не дошло, однако обе группы установили между собой партнерские и даже дружеские отношения.

1638 год. Закрытие и разрушение всех арианских институтов в Ракуве. Поводом для этого стал снос придорожного креста группой студентов академии, отправившихся на прогулку вместе с профессором Соломоном Палудиусом. Следует заметить, что крест этот был провокационным образом установлен на спорной территории. В те времена католики часто строили часовни и воздвигали кресты либо на территориях, оспариваемых протестантами, либо на их границах. Данный инцидент был использован краковским епископом Якубом Задзиком, сандомирским воеводой Ежи Оссолиньским и папским нунцием Гонорато Висконти. Им удалось добиться закрытия академий и всех унитарианских учреждений Ракува на основе решения сейма в апреле 1638 года, несмотря на противодействие со стороны депутатов-некатоликов. Не будет лишним вспомнить также и о том, что весь процесс рассмотрения этого дела в сейме проходил со значительными нарушениями, да и сам инцидент стал лишь поводом для давно задуманной расправы с “польскими братьями”.

1644 год. Городские власти Гданьска высылают Марчина Руара из города и принимают решение об изгнании всех “братьев”.

1645 год. В Торуни по инициативе короля Владислава IV собирается т. н. colloquium charitativum (сердечная беседа) – своего рода ассамблея, имевшая своей целью объединение различных христианских конфессий перед лицом все более реальной угрозы со стороны мира ислама в лице Турции. “Польские братья” также приняли участие в этой инициативе, однако трехмесячные “экуменические посиделки” ни к чему не привели и только обострили противоречия между Католической Церковью и протестантскими общинами.

1646 год. Все большую известность среди “польских братьев” приобретает Иоганн (Ян) Людвиг Вольцоген, австрийский барон. Увлеченный идеями унитариан, он оставляет свою страну и поселяется в Польше, став известным унитарианским философом. По совету своих новых единоверцев барон пишет комментарии к “Размышлениям о началах философии” Рене Декарта.

1647 год. Суд сейма Польши издал указ о закрытии всех школ и типографий, принадлежавших “польским братьям” на территории Речи Посполитой. Отныне за издание, распространение и даже за обладание книгами “польских братьев” людям грозила конфискация имущества и изгнание из страны. Указ вызвал возмущение не только “братьев”, но и прочих некатоликов, которые боялись, что таким образом будет созданпрецедент, ограничивающий и их свободы.

Наибольший резонанс в те годы вызвало “дело Ионы Шлихтинга”, издавшего в 1642 году на латинском языке (скорее всего, в Нидерландах) небольшую книжку под названием Confessio fidei christianae (исповедание христианской веры), по сути дела представлявшую собой сжатое изложение вероучения “польских братьев”. Книжку перевели на голландский, немецкий и французский языки. В 1646 году к ним добавился польский перевод, названный “Исповедание веры сообщества в Польше обозначенным христианами”.

Эта книжка стала поводом для вызова Шлихтинга в сеймовый суд по обвинению в распространении лжеучений и неподчинении постановления сейма от 1638 года. На счастье Шлихтинг дальновидно решил не являться на суд, на котором бы ему светила исключительно смертная казнь с конфискацией имущества. С этого момента начались его скитания по Германии и Трансильвании, а затем он тайно проживал в Речи Посполитой.

1648 год. Умирает король Владислав IV Ваза. Личность противоречивая и непостоянная в своих устремлениях, он то провозглашал межрелигиозную терпимость, что находило отклик среди шляхетства, принадлежащего к “польским братьям”, то, напротив, ограничивал права некатоликов. Владислав то злился на Польшу и поляков, то проявлял любовь к ней. Он вынашивал амбициозные военные планы – заполучить шведский престол и напасть на Турцию. Слава Богу, этого королю не позволили сделать сенат и сейм. Кроме того, политика Владислава IV породила новых врагов Польши – украинских казаков, которым король много наобещал, но мало что исполнил.

Последовавшее затем “бескоролевье” имело своим результатом активную враждебность по отношению к “польским братьям”, которым было отказано в праве именоваться христианами. Они исключались из всех постановлений “Варшавской конфедерации”. При этом данное постановление не имело юридической силы. Ведь подобный манифест уже был провозглашен в 1632 году, однако тогда он был оспорен всеми протестантами – и в результате был в том же году аннулирован новым постановлением сейма. На этот раз “польские братья” остались без поддержки других протестантов. Итак, начиная с “бескоролевья” 1648 года, “польские братья” оказались в Речи Посполитой вне закона.

20 ноября 1648 года королем Польши избран Ян II Казимир Ваза, брат Владислава IV и сын Сигизмунда III Вазы.

Год за годом Польша все более утрачивает репутацию наиболее толерантного государства Европы.

1648-1655 гг. – восстание украинских казаков и крестьян под предводительством Богдана Хмельницкого.

1655-1660 гг. – “Потоп”. Швеция нападает на Польшу.

Эта война произошла как бы в продолжение всех прежних войн, которые вела Речь Посполитая. Ее особенностью в данном случае были претензии династии Ваза на шведский престол. Тогдашние монархи использовали на всех своих документах не только титул “король польский”, но также и титул “король шведский”, как, например, тот же Ян-Казимир. При этом политика короля вызывала огромное недовольство магнатов и шляхты, все склонялись к мнению, что король губит Польшу. Страна, ослабленная войной с казаками и Русью, стала легкой добычей для шведов.

19 июля 1655 года протестантский король Швеции Карл Х Густав прибывает с флотилией из 39 судов в порт Щецин. Здесь печатаются и затем распространяются подметные брошюры, в которых объясняются причины вторжения в Польшу. В развязывании войны обвиняется Ян-Казимир. Шведскую армию генерала Арвида Виттенберга сопровождает отправленный в изгнание коронный подканцлер Хиероним Радзейовский.

Многочисленные успехи шведов и всеобщее недовольство королем Яном-Казимиром привело к тому, что Карлу Густаву присягнули семь воеводств Польши – Краковского, Сандомирского, Люблинского, Белзского, Киевского, Русского и Волынского. В шведский лагерь вскоре переметнулись также королевский хорунжий Александр Конецпольский и великий коронный гетман Ревера Потоцкий.

Перед началом войны со Швецией ситуация “польских братьев” была, можно сказать, трагической. Всеми средствами, законными и не очень, их вытеснили из жизни общества, практически сведя на нет как реально существующее исповедание. Поэтому нет ничего удивительного в том, что подчинение Речи Посполитой шведскому королю было воспринято ими как знак промысла Божия, точно так же, как и другими “религиозными диссидентами” в Польше.

Один из “братьев” Ежи Немирич писал об этом так: “Либо Бог, давший королю шведскому победу, освободит всех угнетенных диссидентов, либо мы больше не будем иметь другой такой возможности освободиться от гнетущего ярма папистов”.

В целом позиция “польских братьев” во время войны была неоднозначной. С подчинением королю Швеции они не спешили, ожидая прояснения ситуации, в частности, до тех пор, пока не определится позиция гетмана и военачальников польской армии. Кстати, были и “братья”, служившие в армии Яна-Казимира, например, поэт Збигнев Морштын, кузен и соратник Яна-Анджея Морштына.

Вскоре после бегства Яна Казимира и занятия Кракова шведами подавляющее большинство польской армии перешло на сторону Карла Густава.

Услышав о прибытии шведского короля в Краков, туда отправилось около 30 арианских семей во главе со Станиславом Любинецким. Король Карл Густав дал аудиенцию “братьям”. Рассыпаясь в похвалах монарху, Любинецкий в то же время попросил помощи в противодействии опустошающим набегам на восточные земли казаков и русских войск. Он также рассказал о тех преследованиях, которым подвергались иноверцы, в том числе и “польские” братья, которые ходатайствовали о возвращении прежних прав и правомочности декретов, гарантирующих свободу вероисповедования и религиозный мир.

Однако король Швеции отвечал “братьям” весьма уклончиво, опасаясь недовольства католической шляхты, составляющей большинство.

Тем не менее, надежды на шведского короля продолжали возлагать. Но Карл Густав оказался личностью с ограниченным политическим мышлением. Очень скоро разрывает заключенные договора, а шведское войско активно разоряет страну. Вот почему на созванный 30 ноября в Варшаве сейм, где было намечено провозгласить Карла Густава Королем, не прибывает ни один шляхтич.

Начинается антишведское восстание. Партизанские отряды, вместе с отошедшими от шведов остатками регулярных войск, дают отпор оккупантам. В Варшаву возвращается король Ян Казимир. В этот период полякам помогают татары-мусульмане. Именно в этот момент имела место знаменитая оборона Ясной Горы.

Необходимо в этой связи заметить, что многие исторические факты опровергают миф о патриоте – приоре монастыря о. Августине Кордецком. В шведских архивах найдено послание, в котором Кордецкий признает протекторат Карла Густава, и только боязнь грабежа личного благосостояния заставила его не впускать шведов в монастырь.

Июль 1658 года. В Варшаве собран первый с начала войны сейм, на котором обличительную речь произносит о. Северин Карват, иезуит, требующий расправы с недругами не только короля, но и церкви. В конечном итоге весь огонь сосредотачивается на “братьях польских” – самой незащищенной интеллектуальной и социальной группе.

На первом же заседании “польские братья были лишены статуса “религиозных диссидентов” (официально признаваемого меньшинства). К целованию руки короля не был допущен “брат” подчаший черниговский Ибанович.

Постановление сейма 1658 года гласит, что если и дальше они будут упорствовать в своих взглядах, то в этом случае должны продать имущество до 1661 года (в течение трех лет) и уехать из страны. В противном случае им грозила смертная казнь.

В результате постановления значительная часть польских братьев уехала из страны, чтобы иметь возможность распространять унитарианскую богословскую мысль. Они поселились в Германии, Нидерландах, Трансильвании и ряде других стран.

Share

You may also like...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.